Что-то происходит

Что-то происходит.
Я чувствую это кожей, это мне подсказывает интуиция. Вы знаете, в таком состоянии нужно постоянно что-то делать. Да, именно руками. Да, тупая физическая работа помогает лучше всего.Когда я не работаю или учусь, мне кажется, будто я - пустое место. Просто в последнее время в жизни проде бы всё и спокойно, но одновременно и всё летит к чертям.
Из плюсов, пожалуй, отмечу только то, что я начала общаться с людьми. Вначале насильно, но потом становилось всё легче и легче. Я смогла нормально вести беседу, высказывать своё мнение и не сжиматься при этом от страха, что меня осмеют. У меня появился постоянный друг по переписке. Это - мой стимул учить английский язык, а ещё и совесть, которая стоит за спиной и шепчет на ушко гадости про мою лень и безвольность.
Сегодня, например, мне нетерпелось прочитать его письмо. Знаете, это то ощущение, когда совершенно незнакомый человек составляет о тебе мнение, и ты томишься в предвкушении узнать всю правду о себе. Без прикрас. Правду, которая заключалась в твоих письмах. И вот, после уроков, я села на лавочку под жёлтым клёном. Наверное, это смотрелось романтично: маленькая девушка в сером пальто в дождливыю погоду, а ещё и под мохнатой жёлтой кроной. Не мне пришли мысли о романтике - такой приговор вынесли проходившие мимо меня одноклассницы.
Кажется, они немного в обиде на меня. С тех пор, как я нахожу спасение в учёбе, мне ставили хорошие оценки (что не удивительно), но им это почему-то не нравится. Забавно: мне казалось, что я - вне круга их интересов.
О чертях и бездне, в которую катится это ПРЕДвзрослая жизнь.
Чёрт, это смешно. Только мы похоронили одну бабушку, как заболела вторая. И я уже не могу сказать, что в этот раз осталась равнодушной. Наоборот - какой-то страх поселился внутри. Её плохо. У ней сильно кружится голова и она не может вставать. Плохо, что мы живём слишком далеко, чтобы приехать, и благо, что у неё есть сестра, которая помогает. На самом деле ОНА мне - не совсем родная. То есть... не так.
У моей родной бабушки есть сестра. И эта сестра - ОНА. Но эти женщины заменили мне самых дорогих людей. Они так мягко, так плавно вели меня по жизни, так заботились обо мне, когда я у них жила... Это тёплое чувство навсегда останется со мной.
У них есть старый дом, который построили ещё до революции. Можно сказать, что это - "родовое имение", как бы смешно ни звучало это. В нескольких комнатах и правда прошла жизнь не одного поколения: бабушка, показывая на потолок в коридоре, говорила: "Вот здесь, на (забыла, как она назвала эту конструкцию), я спала, когда училась в школе.Был сад, были цветы, яблони и солнце, которое заливало тёплым светом две сотки земли.Когда мама заболела и оставила меня с ними, я долго плакала. Лежала ночю на перине и тихо всхлипывала, а бабушка, когда увидела, принялась меня утешать. Пишу об этом, и мне не стыдно за проявленную слабость. Запишем это в мой маленький список достижений.
Копаясь в старых записях, я нашла такой отрывок:"В этой квартире время словно остановилось. Возможно, это было связано с тем, что здесь долгие годы никто не жил, и не было надобности делать ремонт и менять мебель. Бабушка то и дело посматривала на старый стол на кухне и тихо ворчала, что выбросит его на помойку, но до этого ещё ни разу не доходило. Я понимала её: в этой квартире заключалась вся её жизнь, каждая вещь хранила дорогое сердцу воспоминание. Старые фотографии в толстом альбоме показывали людей, которые уже давно сгнили в земле, и мне порой становилось не по себе от мысли, что все они когда-то ходили по комнатам, которые теперь занимали только мы с бабушкой.Я бывала здесь с детства. Захолустный городок, который был нечто средним между посёлком и районным центром, каждое лето становился для меня вторым домом. Это была родина моего отца — улыбчивого и доброго человека, который во всём знал меру и к каждому делу относился всерьёз. Его здесь не было уже семнадцать лет, но обстановка комнат до сих пор хранила следы его присутствия: в коробках были спрятаны вылепленные им солдатики, на полках стояли модели кораблей, в который я ничего не понимала, а в шкафу висела его одежда. Я жила словно в музее, где всё принадлежало другой эпохе, и ничего не могло быть моим.Я принадлежала к другому времени, но не уставала удивляться, как тесно были связаны два десятилетия: как и отец, я лепила из пластилина миниатюрные фигурки, но уже не солдатиков, а балерин и танцовщиц. «Боже мой, вы на одно лицо», — любила повторять бабушка, когда мы по традиции пили вечером чай за старым столом".
В этом и была вся наша жизнь, о которой я когда-то пыталась написать рассказ.
Но бабушка у меня - стоическая женщина. Вот уж точно не сломается, сколько бы бед ни произошло.У меня есть, на кого равняться, а это значит, что всё будет хорошо. 
Перейти на страницу автора