Глава-18. Мистический огонь внутри меня

       Предисловие к главе «Мистический огонь внутри меня»        Всё, о чём я рассказываю в этой главе, было в моей жизни с 1996 по 1998 год. Третьего ребёнка я родила в 1997 году. Глава эта полностью написана по реальным событиям.        Жену родного брата моего мужа я действительно никогда в жизни не осуждала, и у меня не было по отношению к ней ни единой мысли о том, что она где-то там в чём-то провинилась. Видимо она сама для себя создала те рамки поведения, которые, как по её оценкам, не вписываются в моё мировоззрение. Ну или ревность помогла. Что оно произошло на самом деле – можете поразмышлять после прочтения этой главы.Глава-18 Мистический огонь внутри меняВиктория Авосур       Мой муж Ярослав нашёл работу на комбикормовом заводе, поэтому на счёт умирания с голода я успокоилась и пока у него есть зарплата – я решила быстренько родить ещё одного ребёнка, а потом и самой устроиться на работу. Мы же с ним ещё до свадьбы задумали троих детей и мне уже хотелось, как можно быстрее, выполнить задуманное.        Девочку я родила у нас в Цветущей, весной 1997-го года, и сразу же начались неприятности. В первые секунды после родов нельзя вставать и ходить, надо полежать хотя бы минут двадцать, но меня заставили сразу же встать и идти по коридору к своей палате. Может по этой причине, а может и по какой-то другой, у меня образовался сгусток крови, который перекрыл выход из матки, и с этой бедой наши медики выписали меня домой, даже не посмотрели. Дома, понятное дело, через несколько дней, начались проблемы со здоровьем, и когда мне стало уже совсем плохо – я опять попала в больницу, на вычистку. Там мне сказали срочно искать кровь для переливания, и я нашла. Выполнить задуманное получилось не сразу, потому что такая группа крови, как у меня, была только у Димы, а мне почему-то не хотелось брать его кровь.        Я звонила по всем известным номерам и нашла себе от другого человека, купила. К сожалению, в нашей медицине есть нехорошая привычка вливать всем подряд именно то, что у них по плану, а подходит оно человеку или не подходит – это уже не важно. Если переливание крови, то значит обязательно надо поставить капельницу хлористого кальция перед процедурой, и это планы – кем-то написанные на бумаге, так делают всем. От планового хлористого кальция у меня сначала запекло в области сердца, а потом началась страшная аллергия, и так трясло, что аж на кровати подбрасывало. Жутко разболелось сердце, и я умирала. Прибежала главная среди гинекологов и влила какой-то,- кажется реополиглюкин, точно не помню, после чего аллергия прекратилась. Потом, через много лет, мне скажут, что тот препарат, которым у меня снимали аллергию, у всех людей её вызывает, и по причине массовой аллергии на него, он снят из производства и запрещён в Украине. Но это будет через много лет, а сейчас я обрадовалась, что помогло, но кровь мне уже не вливали, побоялись. У меня начало очень сильно болеть сердце, которое и так давно было подорвано разными видами горя и страданий, а тут ещё и капельница добавила ему боли, поэтому врачи не захотели вливать кровь.     На второй день медики посоветовались – что делать с кровью, и приняли решение, что если мой организм не принимает кальция, то можно пойти на риск и попробовать без кальция, потому что малокровие было критическим. Поставили капельницу, а аллергии нет. Вот, что значит следовать индивидуальному подходу, а не моде в медицине! Хлористый кальций – это же не модная причёска или туфли на каблуке. От подобной моды зависит человеческая жизнь.       Когда проходили все эти процедуры – я вспомнила, как ещё в Броварах у моей дочки, Лерочки, резались зубки, и педиатры выписали ей кальций в таблетках. Начала я давать ребёнку прописанные таблетки, и по всему телу появилась мелкая сыпь, температура начала подниматься выше сорока. Отменили таблетки и всё наладилось. Через два месяца опять сыпь от таблеток кальция и опять всё прошло, как только отменили таблетки. Там, в Броварах, быстренько всё сообразили и запретили давать ребёнку кальций. Я рассказала об этом у нас в Цветущей, но здесь наши местные медики просто не поверили. Они настаивали на своём, что кальций от аллергии и всё. Что-то им доказать было невозможно. Наташке я уже молча не давала таблеток кальция и никому ничего не говорила.        Я много молилась Богу и всем святым, как учат в православии, но жизнь моя не улучшалась, а только становилось всё хуже. Если бы не ухудшения, то на душе у меня всегда было бы спокойно. Я продолжала бы молиться перед иконами, ходить в православную Церковь, ставить свечки и кланяться всем священнослужителям, но я увидела, что в повседневной жизни появились ярко выраженные ухудшения и сделала выводы, что общаться с Богом я не умею.        В общем, поставила я себе цель научиться правильной молитвы, а также прочитать Библию. Для моей великой цели православная Церковь уже не подходила, нужна была какая-то протестантская. Но не только для изучения Библии и улучшения молитв я задумала пойти в такую Церковь. Была и ещё одна причина. Мне хотелось заглушить душевную боль, как когда-то с кришнаитами, а в православии она не глушилась. Раз в неделю я просила своего мужа Ярослава, чтобы он два или три часа поглядел детей, пока я сбегаю в Церковь и помолюсь Богу. Он был с детьми, а я ходила и молилась. Ну а дома я старалась читать Библию и разбираться в написанном.
       Первой моей протестантской Церковью была Церковь Евангельских христиан, но не баптистов, а просто евангельских христиан. Там я познакомилась с Виталиной, которая у себя дома проводила домашние Богослужения, и однажды мы с ней договорились, что на следующее воскресенье я пойду не в Молитвенный Дом, а вечером к ней домой.         Служение в домашней группе вели Вита и её муж Рома. Увиденное и услышанное очень меня удивило, потому что никогда раньше я не встречала ничего подобного. Я молилась примерно так: «Мой дорогой, любимый и неповторимый Владыко Небес! Боже, создавший меня для вечной жизни! Приятно и сладко Твоё имя на моих устах. Как путник в горячей пустыне жаждет воды, так и я жажду присутствия Твоего Святого Духа. Подними на меня, Боже, Свет Своего лица, потому что я очень жду Твоего прикосновения, которое подарит мне самую большую радость для моего сердца. Мой дорогой Господь! Нет во всей моей жизни более великого счастья, чем всегда выполнять Твою святую волю и чувствовать Твоё присутствие…».        Вита, Рома и все присутствующие молились примерно так: «О чи-чи-чи, путаматасу, кузамалисе, митару мачи, де-де-де-чи-чи-чи, десамале…» и т.д. Я была шокирована их молитвами, не ожидала.         Но самое интересное было не в том, как они молились, а в том, что я чувствовала у себя внутри во время молитвы. Какой-то горячий огонь сошёл на меня, и мне стало жарко. В доме было холодно, но все молящиеся чувствовали этот мистический огонь, и всем им было жарко. Я заметила на их лицах выступивший пот, и поняла, что жарко не только мне, а и всем присутствующим.         После молитвы я спросила, как понимать всё то, что я увидела и услышала. Вита и Рома объяснили мне, что они приняли крещение Святым Духом, и теперь Божий Дух молится через них на иных языках. Перевода можно и не найти, потому что так могут говорить на других планетах. Дух считает важным молиться через нас Небесному Отцу на языке инопланетян, чтобы Сатана не услышал, и не разгадал о чём верующие молятся.        Ещё они мне объяснили, что и сами не знают о чём их молитвы, но доверяют Святому Духу, и если Дух – вот так, через них говорит, то значит надо, и они принимают молитву такой, какой она есть, и не сопротивляются.         Да-а-а, это было что-то новое. В ту ночь я вернулась домой с роем мыслей в голове, как пчёл на пасеке, и они мне до самого утра не давали спать. Почему же все участники Богослужения стали на молитву замкнутым кольцом и на колени? Может создаётся какое-то энергетическое поле? Я вспоминала тот факт, что когда все присутствующие одновременно говорят – начинается гул, как на большом базаре. Может именно это чем-то и действует на психику? Может тело обрабатывается звуковыми вибрациями, и они начинают греть? От чего же он возникает, этот жар?        У меня появилась уверенность в том, что сошедшему на нас огню должно быть какое-то физическое объяснение, и что непонятное явление возможно доказать какими-то законами физики. Но, к сожалению, как всё это доказывается – я не знала.  Заинтересовало очень сильно, но с логикой, в этом вопросе, у меня пока не было удачного контакта, и правильного понимания произошедшего я так и не нашла.         После долгих размышлений, уже где-то под утро, я погрузилась в полусон, и тут же почувствовала горячий жар в области груди, который мгновенно меня разбудил. На первых секундах этого внутреннего обогрева я, помню, немножко испугалась. Всё же впервые в жизни такое, и очень неожиданно. Одновременно с появлением жара, в моих ушах опять загудела обстановка вечернего Богослужения. Что это? Как я могла забрать с собой те таинственные и загадочные чудеса, которые сошли на меня ещё у Виты дома? Это же не предмет какой-нибудь, чтобы переносить из одного места в другое?! Да, я тогда знала или, может быть, просто догадывалась, что всему происходящему должна быть разумная разгадка, но где и как её искать – это был самый интересный вопрос.         Мои дальнейшие решения и поступки объясняются слишком легко и просто. Если в Церкви евангелистов действительно есть Дух Святой, и если хотя бы изредка, но всё же происходят все те прославленные чудеса, о которых мне говорили на проповедях, то я уже и на язык инопланетян согласна. Лишь бы только что-то изменилось в моей жизни, и Бог помог залечить мои душевные раны.        Честно признаюсь, что на первом месте я ждала от Бога одной лишь только чистой любви, которая могла успокоить мою душу и сделать так, чтобы не было больно. Это естественное желание, потому что каждый человек, который с горя идёт даже и в алкоголизм или начинает употреблять наркотики – он желает того же самого, что и я.        Смешно сказать, что страждущие люди ждут от спиртных напитков, наркотиков и сигарет настоящего решения их проблем. Нет, они не сумасшедшие, и хорошо понимают, что проблемы никуда не денутся. Единственное чего они хотят, так это временного облегчения своей душевной боли. Вот я и пришла к евангелистам с таким же самым намерением.        Когда-то давно у меня был опыт в собраниях кришнаитов, и я знала, что погружение в духовность очень даже может помочь, но в Цветущей не было тогда кришнаитов, и я выбрала пойти в ту Церковь, в которую мне показалось – наиболее эффективно идти. Я была уверена, что Бог один, и не имеет значения каким именем Его называть, а вот вера в то, что Он может помочь именно мне, а не какой-нибудь Жене Полищук через Дмитрия Березюка в Костополе, появилась на много позже. Главной причиной первого обращения в протестантскую Церковь все же было желание заглушить горе.         Ощутимого горя у меня тогда было больше чем надо. В детской поликлинике педиатры поставили моей новорождённой Наташе страшный, и в то же время ошибочный, диагноз. Написали ей гидроцефалию, требовали операцию в Киеве, и пугали меня умственной отсталостью ребёнка в будущем, а также оформлением Наташки в интернат. Это я уже сейчас понимаю, что не всегда можно верить врачам. Я согласна, что бывает и такое, что диагноз ставится правильно, ничего не имею против, но в нашем случае всё было неправильно, и писали они ерунду, и так было всегда. За всю свою прожитую жизнь я не получила от медицины ни одного правильного диагноза, если не считать вычистку после родов, и все мои родные тоже не получили правильных диагнозов. Всю жизнь все наши диагнозы были ошибочными.         Валерии, старшей дочке, тоже поставили ошибочный диагноз. Написали ей порок сердца, и убеждали, что девочка скоро умрёт. Направляли в разные отделения областной больницы и годами что-то искали, но не нашли, и не лечили. Позже выяснилось, что зря искали, и дочка моя здорова. За время всех этих поисков я так много переживала и плакала, что потом уже и у меня самой нашли порок сердца, созданный внушением нашей медицины.        То, что происходило в нашей семье, я воспринимала по-разному. Сначала у меня была полная уверенность, что Наташка моя здорова, потому что чуткое сердце матери обмануть невозможно. Нет в мире большей интуиции, чем интуиция матерей по отношению к своим деткам. Если ребёнок заболел, то маме и обследования не надо. Болезнь светится в блеске глаз ребёнка, в поведении, в любых мелких реакциях на окружающий мир, и даже в дыхании. Именно так я и смотрела на свою Наташку, поэтому хорошо понимала, что девочка моя полностью здорова, но все врачи переубеждали меня в обратном. И у нас, в Цветущей, и в Белой Церкви, и в Боярке (областная детская больница), медики мне доказывали, что надо лечить гидроцефалию. Почему-то даже медицинское оборудование, с разными УЗИ, и тому подобным обследованием, иногда выдаёт то, о чём думаю врачи, а не так, как оно есть на самом деле. В этой горькой правде я убеждалась в своей жизни не один раз, но сейчас не об этом.         В общем, увидели они, что у моей Наташи слишком круглые глаза, а они такими по наследству передались, и написали ей ложную гидроцефалию, которую мы нигде не могли отменить, потому что другой врач боится отменить то, что написал первый, Глаза у Наташи были сильно круглыми по той причине, что у мужа моего большие круглые глаза. Мы не китайцы, мы – европейцы, и наши глаза бывают большими и круглыми.        Врачи мне не верили, и очень злились, что моя семья не имеет денег на операцию в Киеве. Где же мы могли их взять, если нам и на продукты не хватало? Идти грабить и убивать? Нет, мы с мужем не преступники, и грабить людей мы бы не смогли никогда в жизни. За это в поликлиниках нам постоянно грубили. Очень сильно разозлился мужчина-педиатр, и кричал, что я детей наплодила, а ему инвалидов лечить. Невропатолог повторял одно и то же: «Надо было – за ногу и головой об столб, чтобы умерла. Инвалидов и так полно в нашей стране. Почему ты эту калеку не убила?!»         Самым страшным ударом для меня оказались слова моей родной матери. Она моего ребёнка даже и видеть не захотела. Она сказала так: «У тебя уже есть двое детей. Тебе мало было, что ты ещё и третьего ребёнка родила? Твою Наташку никто не хотел, а ты её привела, поэтому решай свои проблемы как хочешь, а я от такой внучки отказываюсь и видеть её не хочу.»        Позже моя мамка передумала, она пожалела, что так сказала, и начала за свою внучку переживать. Нашла в нашем посёлке какую-то женщину, дочка которой работает в Киеве педиатром, и договорилась про обследование. Привезла расхвалённую врачиху ко мне домой, и эта «педиатр» подтвердила гидроцефалию моей девочки.         Наташка моя была всё же спокойным ребёнком. Нормально ела, нормально спала, и глаза её были на вид мудрыми, что-то осознающими. Да, они у неё были большими и круглыми, как под циркуль, но умными. Я хорошо помнила, что у тех людей, у которых что-то с головой, даже и у взрослых, тупой взгляд. Моя девочка была не такой, и смотрела она осознанно,- чувствовалось, что полностью здорова. Но мне никто не верил, и я не знала, что я могу сделать, чтобы мне поверили.         Через какое-то время меня переубедили, и я тоже начала верить в неправду, написанную в карточке моей маленькой девочки. Постоянные поездки на обследование и ругань медиков нашего городка очень меня выматывали. Сердце уже не выдерживало, болело, начались постоянные перебои. Я была в полном отчаянии и плакала постоянно. Евангельская Церковь была единственным моим утешением, где я могла стать на общую молитву, и почувствовать у себя внутри сошедший на меня интересный огонь, который у них считался Святым Духом. Да, они правы, это и был Святой Дух, но я тогда ещё была не уверена, что это Он.        Я полюбила этот огонь, и всегда радовалась, когда Он появлялся у меня в теле и становилось жарко. Ещё у меня иногда случалась лёгкая дрожь. В такие моменты было очень хорошо, и все мои несчастья временно переходили на второе место. Но я никак не могла поверить, что все мы чувствуем именно Силу Святого Духа. Мне тогда казалось, что жар, сходящий на нашу Церковь, объясняется более легко и просто, чем прикосновение к каждому из нас Самого Бога с Небес. Я верила в науку, в физику, и в энергетические процессы, но только не в мистику. Кроме того, я не считала себя на столько святой, что на меня даже Дух Святой мог сойти. Кроме того, мне так казалось, что если бы Бог действительно ко мне прикоснулся, то Он, скорее всего, помог бы избавиться от горя в моей жизни и исцелил бы моё сердце, чем согревал бы мистическим огнём у меня внутри. Вот такие у меня тогда были размышления.        Огонь от сексуальных чувств тоже во мне горел, но он не совпадал с огнём Святого Духа и ничем не был похож на него. Эти два огня приходили в разное время и приносили мне совершенно разные ощущения. Сексуальных отношений с мужем у меня уже не было, они его перестали интересовать, но физические потребности у меня остались и начали очень сильно мучить.        Как только я ложилась спать – в мои фантазии кто-то приходил, и кроме воображаемых артистов кино, которые очень нравились, этим человеком почему-то был ещё и Димка. Я тогда старалась избавиться от его образа, выбросить его со своей головы, переключиться на что-то другое, забыть его, но у меня ничего не получалось. Энергетические волны поднимались от низа живота к горлу и стояли ковром. От них становилось жарко, быстро билось сердце и углублялось дыхание. Ну как тут забудешь, если оно не забывается? Особенно на меня действовали воспоминания о прикосновениях этого светловолосого красавчика Димы. Я не знала почему так было. Иногда мне кажется, что больше всего именно его светлые волосы сводили меня с ума. Может быть и так, вполне возможно.         Среди ночи я вставала с постели, становилась на колени, и долго молилась Богу. Потом опять ложилась спать, опять перед глазами появлялся образ Димы и опять волны бегали от живота к горлу или из сердца в живот. Если бы кому-то рассказать, то ругали бы меня за грешные мысли и учили бы – как от них очищаться. Но я и сама очищалась, я много молилась, я гнала их из головы, а они никуда не хотели уходить. И чем больше я вела с ними борьбу, тем больше они меня посещали.         У Димки тоже были свои проблемы, он тогда старался избавиться от запоев, которые случались хотя и редко, но случались. Мать мужа тёти Вали тоже ходила в евангельскую Церковь, и однажды она организовала поездку в Киев на исцеление, в которую она пригласила также и Диму, чтобы он избавился от своих запоев. Я, как только услышала, что многие наши родственники едут в Киев на исцеление, то очень обрадовалась. У меня появилась возможность поехать вместе с ними и исцелить своё сердце. Они были не против.        Сначала всё было нормально и нас должна была набраться целая группа, но в последний день перед поездкой оказалось, что у всех дела, и поехать могут только Дима и Володя – муж тёти Вали. Я тогда так сильно верила в своё исцеление, что согласилась и на поездку втроём. Это же в Церковь, на святое дело едем! Ну что можно придумать нехорошего в такой поездке? Лично у меня ничего запретного совсем не воображалось, и я решила ехать.        Приехали мы в Киев и перед тем, как продолжить путь, решили сходить в туалет. Потом вышли мы с Димкой из туалетов, а Володи нет. Он куда-то исчез, и мы не могли его найти. Я предложила ехать в Церковь без него, а там можно встретиться, потому что все мы ехали в одно и то же самое место, заблудиться невозможно. Всё потом было хорошо, и мы встретились. Володя, правда, возмущался, что мы от него сбежали, но после некоторых объяснений он нам поверил. Сейчас я подозреваю, что он нас свёл намеренно, и дал возможность побыть вдвоём. Всем людям, по какой-то причине, очень нравится пробудить эмоцию, как только появляется возможность – это сделать, а у нас с Димой был намёк на эмоцию.        В Церкви мы молились, брались за руки, ждали сошествия Святого Духа, но ничего особенного не произошло. Я даже не почувствовала того загадочного огня в груди, который постоянно у меня был в Цветущей, на вечерних молитвенных Богослужениях у Виталины дома.         Володя объяснил, что ему надо поехать к родственникам, и домой будет добираться на следующий день, а мы с Димкой остались вдвоём. Наверное, это ещё один поступок для разогрева эмоций между семьями, но Володя хороший человек, он хуже не хотел, он хотел сделать услугу для нашего с Димой удовольствия. Намерения у него были добрые.        До отправки автобуса оставалось много времени, и Дима предложил походить по магазинам. Я согласилась, и мы ещё несколько часов ездили по Киеву.        Мой попутчик оказался очень внимательным и слишком необычно ко мне относился, чего у меня ещё не было ни с кем и ни разу в жизни. Когда мы выходили из троллейбуса – он руку подавал, а когда входили в магазин – он открывал дверь и пропускал меня вперёд. Раньше я никогда такого не видела, поэтому удивление моё в тот день было очень большим.         Под вечер, перед самой отправкой автобуса, произошла одна неожиданность, которая казалось не могла случиться сама по себе. Ощущалось какое-то вмешательство нечистой силы, которое меня так сильно расстроило, что в тот вечер я даже реально поверила в дьявола и на него обиделась. В начале нашей поездки был тёплый февральский день, похожий на весенний и ничего, кроме куртки, невозможно было придумать надеть. После Богослужения неожиданно начала падать температура воздуха к минусовой, а я слишком чувствительна к холоду и такой перепад температуры сразу же на меня подействовал. Я тогда по-настоящему замёрзла.         Сижу я было в автобусе, возле Димы, и растираю руки, но это не помогает. Я засовываю руки под куртку, пробую хоть как-то согреться, но безрезультатно. Была идея остановить автобус и выйти, чтобы идти или бежать вперёд, не останавливаясь, но я побоялась такое сделать, потому что не знала сколько градусов мороза намечается ночью. Может случиться не лучше, а только хуже и в какой-то посадке я умру. Что же делать? Я терпела до последнего, но когда уже в сознании начало появляться какое-то лёгкое кино – я поняла, что я умираю и очень испугалась, включился инстинкт самосохранения. Мне стало плевать на все понятия неприкосновенной святости, и я решила спасать свою жизнь любыми доступными способами.         Я взяла руку Димы в свои и положила себе на колени. Объяснить, что я делаю и почему у меня не получалось. На тот момент я уже не имела силы голоса и, к тому же, я хорошо понимала, что никто меня не услышит, потому что автобус гудел, а кричать я совсем не могла. Но мне повезло, Димка не сопротивлялся. Сначала мне показалось, что я согреюсь теплом его руки, но ничего из этого не вышло. Пришлось думать о более эффективном методе. Я расстегнула его курточку, положила свои руки ему на бока и своей грудью прижалась к его груди на сколько могла дотянуться. О-о-о, теперь помогло и мне стало тепло, а Дима в это время был очень интересным. Он меня не обнимал и ничего не делал. Просто молча сидел и не сопротивлялся. Так мы с ним и доехали до самой Цветущей.         Когда мы подъезжали к нашему городу – я уже могла говорить, и спросила у него: –Тебе не холодно? –Уже жарко,- ответил он.         Вышли мы с Димой из автобуса, и я поспешила за ним, чтобы объяснить, как у меня сознание отделялось от тела, поэтому сработал инстинкт самосохранения, и я была вынуждена греться у него под курткой, но он не дал мне такого шанса.  –Пойди другой дорогой, чтобы нас не увидела моя Алина,- попросил он. –Почему? Что плохого в поездке в Церковь и в обращении к Богу? – спросила я у него. –Не знаю, но моей Алинке не нравится, она ревнует. –Ревнует? Странно. А какая причина ревности? Я же вроде никакого повода не давала?! –Я ей сказал, что в дни запоя ходил к тебе обедать, а ей не понравилось, она тогда очень рассердилась.  –Зачем было говорить? Мог бы и промолчать на счёт своих мест добывания пищи. –Я её люблю и всё ей рассказываю, хотя мы и часто из-за этого ссоримся. Не смог я скрывать от неё правду, всё рассказал. –Ну да, мы с Ярославом тоже любим друг друга и доверяем, не смотря даже на то, что в последнее время спим в разных комнатах. –Чтобы не мучиться бессонницей в разных комнатах, надо найти себе хорошего любовника,- посоветовал Дима.  –Я никогда не сделаю этого. Я не смогу изменять своему мужу, и это твёрдое решение, оно у меня без никаких сомнений,- ответила я своему попутчику, хорошо понимая, что этот отказ – в первую очередь ему самому.  –Ну тогда ты превратишься в мужчину, станешь холодной и никакой. Отойди от меня. Подходим к такому месту, из которого Алина уже сможет нас увидеть, если надумает выйти во двор,- сказал Дима и так быстро пошёл вперёд, что стало невозможно его догнать.         Бежать за ним я не стала. Пошла себе своей дорогой и с грустным сожалением в душе от того, что не успела объяснить причины, по которой держала его за руку, а потом расстегала ему курточку и обнимала. «Ах, что же он теперь про меня подумает?» – размышляла я по дороге к родному дому, чувствуя небольшое волнение.        Та женщина, которая желает интимных отношений с мужчиной, никогда не будет говорить своему избраннику так, как я сказала Диме, но я ему сказала правду, потому что я действительно не смогла бы с ним изменять мужу. О чём тогда думал он, и хотел ли он меня, как женщину, я уже не узнаю никогда в жизни.        Своего мужа я любила, и любовь моя была очень сильной. Когда он опаздывал с работы домой, то я всё своё время ожидания стояла на ногах, ждала его на всех дорогах, и очень плакала, воображая разные ужасы, которые могли с ним где-то произойти. Помню, что я плакала до реального ощущения боли у себя в груди. Иногда мне вспоминалась и Алина. Думалось, что она ведь тоже, наверное, ждёт своего мужа так сильно, как и я, а он где-то ходит, и даже бывает у меня. Но не могу же я не дать ему пообедать именно по этой причине?! Мне было грустно, больно и просто ужасно. Я каждый день очень много молилась Богу, но Бог меня не слышал и на крик моей души никогда не отвечал.        Жена Димы – Алина по какой-то причине вообразила себе и записала в своё сознание, как истину, что я её осуждаю в том или другом поступке, но я на самом деле никогда её не осуждала. Ну сделала она так, как на то время считала нужным. Кому-то это покажется хорошо, а кому-то плохо. Всем угодить невозможно.        Для того, чтобы объяснить, например – мужу, своё мировоззрение в этом вопросе, я часто рассказывала о длинных, средних, и коротких юбках. Если спросить молодых модниц – какую юбку носить, то они скажут, что короткую. Если спросить людей времён СССР, то скажут, что до колен. Верующие христиане посоветуют 25см от пола, а мусульмане, так вообще паранджу. Можно попасть и на людей нетрадиционной ориентации. Они скажут, что не надо никаких юбок, надо носить только штаны. Как им всем угодить? Никак нельзя угодить. Просто надо искать тех людей, которые тебя поддержат, и которые будут друзьями, а не врагами.        Алина по какой-то, только ей известной причине, решила, что у меня есть конкретно вот такая оценка её поступков, и не иначе. Она решила бороться с моей оценкой, даже не расспросив – действительно ли я так думаю.        На самом же деле я никогда в жизни её не осуждала, и мне постоянно снились сны, в которых мы с Алиной помирились. Я всегда мечтала о мире между нашими семьями. Желанный мир может и наступил бы, но помешала ревность.        ******* Я никого в душе не осуждаю, И никаких ошибок не ищу. Всё бывшее – лишь опыт, всё прощаю, Забытое я вспомню и прощу. Не стоит во мне видеть вражью силу, Не нужно заблуждения искать. То, что я выбрала, и то, что полюбила, Имеет право моей жизнью стать. Я может и не вписываюсь в рамки, Которые ваш ум нарисовал, Но также не разрушу счастья замки,- Те, что Бог-Дух для жизни вам создал. Давайте жить спокойно на планете, Пространства в мире хватит вам и мне. За то, что будет – только мы в ответе, Пусть зло всех душ сгорит в святом огне!
Перейти на страницу автора