последний день

Вчерашний день начался как обычно, но ему суждено было стать необычным днем. 
Я помню как проснулась с чувством навязчивой злобы и раздражения. Мне было так тоскно, что хотелось выть от ощущения какой-то пустоты, будто надежда уже умирала. Я накрутила в своей голове самые жуткие сценарии, потому что в какой-то момент в моей жизни стало все хорошо. я начала ждать от каждого дня какого-то подвоха. Меня начало пугать отсутствие желания убиться каким-то наркотиком. Оно просто исчезло, растворилось в один момент и освободилось какое-то огромное место в душе. В тот момент я постаралась заполнить это место жаждой к знаниям. Я нашла работу копирайтером, где я могу постоянно изучать что-то новое и писать, я вседа любила писать...На выходных я наконец могу спокойно провести весь день дома в кругу семьи, выйти на улицу и прогуляться без опасений, что меня кто-то где-то увидит, сходить к речке или побродить по магазину, покататься в трамвае по вечернему городу, в общем стать ближе к нормальной жизни. Когда это желание пропало я вдруг начала чувствовать, что все меняется. Вся психика, вся физиология вдруг начали перестраиваться и это отнимало у меня много, очень много ресурса во всех смыслах. Я полагаю, что это еще не конец. Моя психиатр говорит, что ремиссия должна продлиться от 5 до 10 лет и если я не сорвусь, тогда я смогу сказать, что я свободна. Но у меня почему-то есть четкое ощущение того, что эта жизнь мне нравится намного больше, чем та с кумарами и постоянным существованием на грани жизни и смерти, иногда ведь можно и не рассчитать.
Вот вчера я проснулась страшно утомлена всей этой своей внутренней борьбой и страданиями по поводу и без. К нам в театр приехали волонтеры. Любительский театр, дети по 20 лет. Я пришла как обычно злая, не ожидая ничего нового от всех этих концертов. Но почему-то в этот раз все выглядело иначе. Дети оказались безумно талантливыми, полными жизни. Юноши играли на гитарах, а девочки пели, как жар-птицы и все это было настолько харизматично, с душой и колоритно, что у меня в какой-то момент даже выступили слезы, мне захотелось в лес к костру. Осознание того, что я тоже могла быть таким ребенком, а не просрать свое 20летие в вечных нетрезвых угарах меня очень огорчило. С этой мыслью я не могла уснуть до поздна, но, когда я встала сегодня утром я почувствовала себя почему-то другим человеком.
Счастье от того, что у меня есть мой мужчина, который дарит мне тепло и комфорт, от того, что у меня наконец есть дом, куда я всегда могу приехать и отдохнуть, счастье от того, что меня переполняет благодарность высшим силам за каждый день, вера, надежда, любовь, семья. Я знаю теперь как жить. Мне больше не нужны иллюзии, какие-то придуманные миры. Даже если этот мир рухнет, боль от его утраты не сможет затмить всю ту боль, которую мне пришлось пережить. Я чувствую наконец свободу. Внутри меня есть эта свобода, потому физическая свобода больше не важна впринципе. Я боюсь тюрьмы не из-за заточения, а из-за того, что могу потерять здоровье, я теперь осознаю всю его важность. Даже то, что у меня 6 из 6 в палате меня больше не огорчает. Все это временно, а воином я теперь останусь на всю жизнь. Не солдатом, которому отдали приказания и он выполняет, а воином, который сражается за свою душу со всей той скверной, что его окружает.
Вчера был последний день существования слабости. 
Перейти на страницу автора