Синдром пропущенной жизни

На собственном печальном опыте я знаю, что никто не способен так испортить всю жизнь, как самые близкие человеку люди — его родители. Всего-то нужно нарушить естественный ход вещей и украсть у человека то единственное, что невозможно восстановить или восполнить — время.
 

 
У меня не было юности. Вместо отрочества и юности у меня было одно затянувшееся на двадцать лет раннее детство. Время, когда тебя никто не понимает, никто не слушает и тебе ничего нельзя.
 
Мне нельзя было гулять нигде, кроме маленького пяточка, который был виден из окна кухни. Это правило продолжало действовать даже тогда, когда мне было уже шестнадцать. Мне нельзя было дружить ни с кем, кроме ограниченного числа одобренных родителями детей знакомых. Мне нельзя было задерживаться в школе. После окончания уроков я должен был в течение десяти минут возвращаться домой, строго проверялось по часам. Отправиться гулять с классом после уроков? Не в этой жизни и не в этой вселенной. Походы, прогулки по городу, дискотеки — всех этих слов не было в лексиконе моих родителей, не было и в моём.
 
А я ведь знал, что бывает по-другому. Я знал, что окрестные пацаны лазили по гаражам и устраивали посиделки на трубах в подвалах домов, а более старшие гуляли по близлежащему лесу или ездили тусоваться в центр города. Всё это было для них, но не для меня. Мне говорили, что так нельзя, что я не должен им уподобляться, что я должен хорошо учиться и показывать пример идеального поведения. И что в моей жизни всё будет, только потом, а пока что мне «рано». Я хорошо учился, просто очень хорошо! Я гремел на всех олимпиадах и конкурсах, а в положенное время без проблем поступил в хороший вуз. Вот только «можно» так и не становилось и «потом» так и не наступало.
 
С тех пор прошли годы, но я по-прежнему с тоской смотрю на подростков, шныряющих по дворам или гуляющих по городу. Я никак не могу понять, почему им можно всё то, что мне было нельзя? Чем они все настолько лучше меня? Разумом я понимаю, что это глупость, что они-то не виноваты в том, что я оказался во власти досадных обстоятельств, которым был не в силах противостоять, но душа буквально воет от обиды, злобы и жалости к себе. Ведь сейчас я уже даже не могу присоединиться к ним, потому что буду выглядеть как здоровенный дурень, впавший в детство. И кому мне теперь предъявлять претензии, что из примерного ребёнка я превратился в не нагулявшегося вовремя взрослого? Родителям? Так они уже давно не при делах!
 
А как меня убивают бесконечные истории на тему «мне 16-15-14 лет, и у меня проблемы с парнем (девушкой)»! Мне просто хочется убиться об стену! Да если бы я даже в 18 лет заикнулся о том, что хочу встречаться с девушкой, меня бы заживо сварили, расчленили и закопали в ближайшем палисаднике! Об отношениях с противоположным полом мне было запрещено даже думать. С 14 лет за мной следили 24 часа в сутки, простой взгляд в сторону легко одетой девушки продолжительнее трёх секунд оборачивался скандалом на тему: «Куда ты смотришь! Тебе рано! Стыдно должно быть!» И то, что природа наделила меня гормональным фоном, мягко говоря, заметно выше среднего, отнюдь не добавляло радости в мою жизнь.
 
Ещё одна прекрасная тема — карманные деньги. Мне их принципиально никогда не давали. Когда уже в старшей школе мне пришлось ездить на всевозможные дополнительные занятия, и меня пришлось-таки отпускать одного в город, всё равно ничего особо не поменялось. Мне давали только горсть мелочи, которой ровно-ровно хватало на проезд туда и обратно. И ни рубля сверх того. Любые попытки пойти на какие-то подработки, записаться в летний трудовой лагерь, заработать на продаже каких-нибудь своих изделий вызывали взрыв негодования. Родителей бесил сам факт того, что у меня в руках могут оказаться какие-то не подконтрольные им деньги. И увещевали меня всё тем же: «Тебе пока рано, в твоей жизни всё ещё будет, только потом». Но с каждым годом это «потом» удалялось всё дальше.
 
Мне было 22, когда обстоятельства наконец позволили мне вырваться из этой тюрьмы. Заработанной в вузе стипендии отличника и зарплаты со стажировки стало хватать на оплату общежития, еду и текущие расходы. Только тогда я сделал свой первый глоток настоящей жизни. Я вступил в клуб по интересам и расширил свой круг общения за пределы того, что мне было «разрешено». Я самостоятельно съездил в другой город и поучаствовал в большом празднике. И я нашёл себе спутницу, с которой, как мне казалось, мы сможем прожить всю жизнь и пройти всеми теми дорогами, которые манили меня столько лет.
 
Но я ошибся. Крупно ошибся. Ошибка обошлась мне ещё в двенадцать лет, потраченных зря, за которые не удалось реализовать почти ничего из задуманного. И пожалуй, с меня хватит. Больше я тратить время не хочу. Его и так для некоторых вещей остаётся совсем немного.
 
Перейти на страницу автора