Я чувствовал все...

Если вам неприятны рассказы о пытках и у вас хорошая фантазия, то лучше просто закройте... Пусть тут все не так красочно и, по идее, меня не пытали, а лечили, но читать может быть все равно противно.В прошлой записи я упомянул врачей... Хотелось бы сегодня рассказать о них, так как, вспоминая их, на душе тоже становится больно. В общем я не помню, как попал в больницу, так как был без сознания, но очнулся в реанимации. Почему-то помню палату маленькой и тесной, хотя для ребенка она должна была быть огромной. Первый врач в моих воспоминаниях был не самым главным, но самым добрым. Он всегда пытался как-то успокоить мое сознание, хотя мыслить тогда у меня получалось с трудом, чувствовалось огромное давление повязки и постоянно какой-то шум в ушах. Глядя на этого врача, я начинал верить, что когда-нибудь выберусь от туда, но потом я узнал, что лечит меня не он. Я был пациентом основателя больницы или, по крайней мере, того, кто носил ту же фамилию, что и основатель, может его сына или внука. Я видел его на каждой перевязке и каждый раз чувствовал очень сильное напряжение рядом с ним, он, как мне кажется, абсолютно не умел работать с детьми. Я помню адскую боль без предупреждения, в те моменты мне казалось, что я в одном из тех стращных фильмов про заброшенные больницы с сумасшедшими докторами, которые существуют только, что бы причинять людям боль. Самым запоминающимся стали спицы... Этот врач сначала просто смотрел на мою голову, немного грубо повертел ее, а потом резко и со всей дури выдернул медицинские спицы из головы. Тогда я не плакал, а орал на всю больницу. Не знаю, что чувствовала моя мама, сидя за дверью перевязочной, но, как мне кажется, тогда ей было еще хуже, тем более она очень слаба здоровьем. Эту боль я никогда не забуду... Она преследует меня во снах, а следом за ней и клыки... и кровь... и зеркало... А еще я помню, как он брал какой-то прибор со стола  и ковырял им в моей голове, я чувствовал, как прибор сходит с кожи на спицу, от туда на железный штык, соединяющий куски кожи, потом опять на кожу... Мерзкое ощущение. Но самым мерзким было то, что моя жизнь стоила диссертации. Он мог отдать меня в руки других врачей, которые побоялись бы оперировать человека в на столько тяжелом состоянии, потому что знали бы, что, скорее всего, он умрет на операционном столе, однако его "рукопись" спасла мне жизнь. Может зря? Это принесло мне больше страданий, чем радостей. Природа понимает, что по земле ходит труп, которого не ждет счастье... 
Перейти на страницу автора