И Отзвуки Грома. Дальше

 
Продолжение хода «И Пахнет Грозой. Продление»
 
**** 
В тиши тишине, что длилась долго — минуту, две... или больше? — оформились звуки, бой часов. Как будто в архаике: звучно - торжественно, величаво. Снова и вновь, в такт великому ходу времени. Десять раз, двенадцать. Симфония. Сим...
— ...фония, — в такт им же, ударам, отозвались пульс, язык, речь. Таюла подняла голову, заворожённо, ловя, хоть и тщетно, угасшие отзвуки хода. Опустила. Произнесла.
— Красиво. Современно. Или не так?
— Безоговорочно. Имитация. — Тъен сместился за стол, в кресло, "тоже под старину? мелькнуло исчезло; нет, кажется", перед и до исхода финального и фраз - реакций дождя. Которому верил как силе и ей же надежде в преддверии взрыва того, что могло. Того, что могло...
— Я сейчас. Продолжу. Только, — звучал, бархатно, ручеёк слов, — закончу. Имитация? Да. Ощутила. Звуки не те. Чуть - чуть. И навело на мысль.
— Чему я как - то не удивлён. — Тон Тъена, Светлого, стал, непроизвольно, как бы отеческим. — В твоей головке...
— Ловлю на слове, — Таюла Дождь перетекла от чёрной стены, беззвучно, к белой стене, ещё видимой смутно в мистичной подступи ночи. И обозначилась там, на фоне, качанием, лёгким, словно маятника. Как по следам - эстафете боя. — В моей головке и все двенадцать и он, ответ. Почти, если точно.
— Двенадцать, это музыка, просто, — прояснилось оттуда, из кресла. — Ответ же, это симфония. Победы. Если, надеюсь, правильный.   
— Боюсь, что почти. Как и сам ответ. Я настроилась... тоже почти, на волны кьемфора ветра. Их двое, всего, мы знаем. Но чувство моё, поющее, в том, что здесь, бок о бок и глубже, работает сила — или призрак — о коей  не ведала. И не удивлюсь, честно, если не одна я.  
— Хорошая мысль. Если образно. — "Да, если образно", отозвалось эхом согласия, "продолжай". — Но кроме них, ветровых, и их кьемфора, я как - то не совсем...
— Слишком много погоды. — "А это хорошая мысль?", вспыхнуло снова. "Как и та, точно", пришёл, отозвался образ - ответ. — И ветер, и я. Солнца не хватает, пока. Ну что ж, позабочусь.
В молчании, почти мистичном, как и ночь, Тъен Светлый взвешивал: оценивал, фильтруя. Встречные ответы - образы. "Вместе — это идеально", мелькнул свой. "Согласна", встретился новый.
— Так  сколько их, кьемфоров? — вышел запрос. — Если четыре, то эта аномалия и вызвала, по всем оценкам, сбой? Родственную ано... — "малию", не договорил он, ибо в мыслях Таюлы, Дождя, читал ясное "да". 
— Да, хотя по сути, гипотеза. В настрое с ними, Объятием и, начну резонанс: против третьего. 
— Симптомы знакомы? — "Хотя что я? Что остаётся? Ни..." — Тогда действуй. Пока ещё тьма.
И бился навстречу неслышный пульс. "Ещё не полная. Ещё сгущается. Но когда..."  
 
****
Обстановка менялась: медленно, за окном; в шипящем ливне, в унылой мороси. И здесь, внутри; в шорохе мыслей, плеске движений. Ветер стихал и вскипал, бросаясь веером жёлтых. Устлавших при нём, затишьи, парк и аллеи, и берег. Мысли и чувства спешили таяли, вместе и порознь, вдруг и спонтанно. Первый, задумчиво вяло, обретался в ней, буксовке хода и поиска её, вспышки вывода, и шины расчётов вязли в песке. Филовиал, линза, блестящий маг безмолвствовал. Молчал, так же, и Шлем. Молчание хмуро давило.
— Всё же, я полагаю, ответ один. — Голос второго прорезался как - то странно неожиданно, и первый почти вздрогнул, вырванный резко из плена, нагрузки медитации. — Нам мешают.
— Разумный ответ, — прозвучало в ответ, как будто всерьёз и с нотками, он, второй, их услышал и осознал, с нотками превосходства, иронии, недовольства. — Мешают давно, иначе... Наши друзья - ветер канули бы в вечность без долгих сомнений. С моей стороны.
Ответные нотки звучали вежливо непреклонно.
— Они бы канули и с моей, но дело в том, что линза работает аномально. Всё взвесив, заключаю одно: на ветер двоих влияет кьемфор света, как минимум. 
Эндояр, с финалом выхода из дымки песка, медленно вздохнул, теряя груз колебаний.
— Да. Можно сказать, теперь я с тобой согласен. И даже с тем, что максимум. Здесь твои мысли невероятно яркие. Есть форс мажор под названием четвёртый кьемфор, хотя... если так, то ни намёка мысли о его сути у меня нет.
— Фигурально, конечно, — хмыкнул слегка и так же вежливо, Красный Шлем. — С кьемфором света всё ясно, и с этим четвёртым... — он хмыкнул опять, пожимая плечами. — По аналогии.
— Ну да, как бы, — ладонь первого непроизвольно коснулась, потерев, лба. — Напомни, только вслух, кто они.
— Они, это главная сила ночного света, Тъен Логьери, Тъен Светлый, и, подозреваю, один из его козырей: на особый случай. — Он замолчал, и подстёгивать его первый не стал. Ибо слова и тишь, и морось снаружи, и ровный сияющий жар мага сгустили в его сознании образ. Тот, что давно и подспудно жил там же: в памяти. Жил как...
— Чёрный дождь. 
И какое - то время молчал. Молчал и второй, скользя по краю неслышной речи: "Одной проблемой..."
— Да. Одной, и существенно, больше. И даже без четвёртого.
— С дождём проблема решается, — рискнул заметил Красный, — благо он, она, занята ими. Заботит меня, и несколько больше...
"И меня, — капали капли в ритме ненастья. — Ибо четвёртый, если он есть..." 
 
4. Вхождение
В плену колебаний Юс оставался недолго. Очень. Слова Сна, его Объятия, дышали реяли в его мыслях, обращаясь в минорный мотив выводов, когда мелькнул мигнул странный, непонятный... непривычный отблеск нового, там же, и Юс, Чандра, носитель славы, встрепенулся. Вместе с энергией взрыва, вспышки тревоги и готовности в соседнем там, мире подсознания.
— Есть. — Слово, внешнее, и буря слов, в глубине, оформили поток движений, пока ещё лёгких, слабых, мелких. Руки, свершая пассы; глаза, мгновенно уловившие тени пейзажа; торс, распрямившись пружиной. — Кажется...
Слово, второе, повисло в воздухе. Для эстафеты. Но Ли, Объятие, на тёмном краю, безмолвствовал. Он как бы почти не изменился. Не подобрался, так же расслабленно спокойно; и лишь он, огонёк глаз, зажёгся взамен неё, эстафеты удара. Чандра смотрел вовне, зловеще пронзительно, взгляд же... Взгляд носителя края словно спал. И...
— Продолжай, — упала выпала реплика. — Что?
— Начинается, — продолжилась мысль. — И моё кажется, боюсь, флёр. Слишком реально. 
— Как и моё, — обозначилась фраза. — Только решение. Тоже. Подвижка тёмного края. Как я и думал.
— А это значит... — Чандра запнулся. Мысли бежали быстро: слишком. — Что нужен кьемфор. И срочно. 
— Успеем. — Расслабленность Ли, Объятия, неуловимо скользяще таяла. — От нашей реакции кое - что зависит. Подвижка пойдёт... если вообще пойдёт, в резонансе с нами, если только, — и он внезапно хмыкнул, — не вмешается кое - кто ешё. И это... 
Юс промолчал. Беседа, исчерпав себя, оставалась фоном, лишь, для идущих, Шума и Грома, и он поддержал её мысленно, закачиваясь энергией славы, ветра. И края.
 
****
Взгляды скрестились. Во тьме, что, наконец, набрала вес, силу, солидность. И беспросветность, поглотившую белизну, и стол, и качание маятника. Всё, кроме диалога вслух и в себе, и взглядов, пронзительно точных в аспидности мрака. Черноты. Бури.
"Ты сказал, не я", струилось в ней. "И ты? Ощутил?"
"Нет, не совсем. Сам. Но ты же вот. Через тебя. В основном".
"И когда? По - твоему".
"Наш кьемфор задействован на все: почти. Процентов девяносто. Как только сбой войдёт в силу, войдёт и он".
"Минут через десять?"
"Остерегусь точности. Но ты права. Так, где - то".
"С бурей не знаю. Черноту реакции обещаю: только своей".
"С ними, с ветром, ты в резонансе?"
Пауза. Наступившая. Прервалась кратким, лёгким смешком. Вслух, придавшим оттенок гармонии пассажам из тьмы.
"Называй это так", — и дальше шорох дождя обрёл звучность. Всё в той же гармонии, новом оттенке. — Ты обещал, их будет двое. И я обещала. Да - да, фигурально: дистанцию пока не освоила.
— Это просто остроумно или с намёком? — тревога в тоне Светлого если была, то крылась блестяще.
— И то, и другое, верь не верь, — эмоций в тоне Таюлы не было даже близко. — Я порой открываю в себе странные... да, возможности. Если мы уцелеем в этой заварушке: тут они молчат, я буду... — она прервалась, замялась: на миг, прислушавшись к тьме и тому, что стояло, возможно, скорее всего, за ней, — решать новые темы более кардинально. Думаю.
— Можешь не поверить, но теперь я спокоен. — Тон Светлого внезапно сбился, увяз в беззвучии. "Это стимулирует. Думаю: тоже, что эту тему решим без них".
"То есть, работаю против третьего?" вслед за ним увязла она. "А он?"
"С четвёртым всё же неясно, и пока мы бессильны. Я полагаюсь на тебя, наш кьемфор: с улучшением, и ещё кое на что".
"Не поделишься? Для приличия". Плеск мыслей Джи не оставлял сомнений в ясности темы.
"Уже. Их маг, филовиал линзы... светит слишком ярко. А это значит..."
И снова молчание. В нём, безмолвии, собирался дождь.
 
****
— Значит, чёрный... — фраза упала, и перед финальным "так" повисла пауза. Очередная и тоже финальная: в этапе ровного. Ожидания. Ибо в тот миг, когда прозвучало "так", раздался гонг: образный гонг подхода.
— Так. — И тут же, одновременно, запели неслышные трубы. Их глас шёл от линзы, да, и как бы снаружи, да, где дождь окончательно стих, и будто рождался внутри: мире мыслей, эмоций, желаний. Он был вне описания, он ощущался, неведомо как, и ответом - решением было "Сбой". Ну вот он...
— Ну вот он, — в такт - унисон произнёс второй, Красный Шлем. — Поправь, если ошибаюсь, но сдаётся, дождались. 
— Не поправляю. А соглашаю. — И окончание выдалось мысленно. — Могу и вместо тебя: если бы верил, перекрестился бы.
— Но раз не верю, то, значит, условно. Перекрестился, — и это добавилось про себя. Шлем не отводил взгляд от сияния шара, мага, как будто ровного, как раньше, и как будто сбойного: туманно - неуловимо. А Эндояр был отрешённым, не глядя ни в шар, ни в окно; прикрыв глаза, словно спал, но...
— Но не сплю, — заметил вполголоса. — Как - то больше так нравится. Время - то ещё есть. Думаю... 
— Минут порядка десяти, — полуэхом - полувздохом отозвался он. Красный в этом мире и, возможно, другой в том, что наступит. Минут через де... два... Вряд ли больше.
— Вряд ли. — И Шлем ощутил приход мысли: пожатие плеч. — Но лично я готов. Хоть сейчас. Кто бы ни стоял за ним, — "Сбоем", второй приход, — врасплох не застал. Думаю, и не надеялся.
— Потому что знает тебя. И знает о линзе. — Шлем отвёл - таки взгляд. — Хотя у меня чувство, что о ней все знают. Кому не лень. И готов поклясться, что оценивают её весьма своеобразно. Недооценивают, проще говоря.
— Возможно, потому, что переоценивают себя. И свои козыри, говоря фигурально. — Голос Эндояра звучал по - прежнему сонно, однако с новыми нотками. По мере истечения времени. — Ли Джей у Чандры, Дождь у... Ладно. Чувствую, что проблема... Да. Не в них.
— И я тоже. Чувствую. — Уточнил тот. — Плюс момента в том, что скоро это будет ясно.
И теперь вместо фразы упала тишь.
 
5. Касание
Она родилась внезапно. По зову среды. Реплика мига.
— Называю так. Про... — И обрыв тут же вылился в фон: для смутных, неявных и вещих подвижек, копившихся рядом, вокруг. Плавно, обильно, медленно. Фон, пронизанный плеском потоком. И пеленой: внимания сна. 
— Ты что - то хотел сказать? 
— Время истекло. Называю так. Прозаично. — Тоном задумчивой силы.
— А я называю веером. Того, что есть, но невидимо. — И вкрадчиво параллельно: "А я поэтично. Но разве странно?".
— Нисколько. И неважно. Я уже начал. Ты подключишься позже, надеюсь? Из пушки по воробьям, э-э, стоит ли?
— Где - то я слышал эту фразу, — Ли Джей на мгновение вышел из режима - модуса контроля. И тут же вернулся, осознав особость момента. "Что - то фольклорное, нет?", с вопросом нажимом. И "Да", в безмолвный ответ, "из той же, сходной, оперы, что и «оставь надежды». Но лучше их не оставлять, не отвлекаться".
— А у тебя, — Ли вдруг запнулся. Молния резко мелькнула мигнула поперёк сумрака вне. Без звука без грома. Тенью намёка - призрака. — У тебя... нет подозрения, что всё, — "Да, всё, немного не так?". И повторил это вслух. — Идёт как - то иначе?
И Юс, тоже, спонтанно, выйдя на миг, молча ответил: "Как - то. То, что видел ты, видел и... Но молния, это из другой оперы. Это то, что...".
— То, что, — подтвердилось оформилось. — Резонанс. Нежданный, но предвиденный гость. 
— Может, не будем отвлекаться? — слегка озабоченно, едва раздражённо. — Не совсем... 
Неслышный грохот, подобный грому, исполнил фугу, мгновенно; сотряс концертный зал: невидимо. И сразу, тут же, второй приход: молнии резонанса. С переходом в мёртвый антракт. И чуть позже:
— Не совсем время. А?
— Я - то тебя понял. — Голос Ли Джея бархатисто вибрировал. — Но ты поверишь, что всё, почти, под контролем? И что - то неясное мне подсказывает, что эта новая фиоритура, она чёрного цвета. 
— Хорошо бы и мне... — воин ветра балансировал, с усилием, на грани внимания и забытья, — подсказали цвет мага, с которым он... — и прервался вновь. И вернулся, под голос Ли:
— Он алый. Но сомневаюсь, — со сходной паузой, — что он будет виден вообще. Не та модификация. Хотя недооценивать силы нашей славной киски Дождя я бы не стал. Не рискнул. 
— Хорошо. Может, и правильно. — Чандра Юс устроил ладонь на рукоять дверцы. Поколебался. — Нет, преждевременно. С одним Шумом ещё ладно. Плюс ты. Но наша киска — козырь ещё тот. Подождём.
Он замолчал, вглядываясь в полумрак; там, снаружи. Молний больше не было: текли секунды. Минуты. Полумрак ждал. 
 
****
— Мне кажется... — фраза Джи пришла, засияла, в один миг, и даже раньше: на миг, мыслеформы. Течения образов рядом, в попутной реальности, звенящей аккордами в такт с работой мозга, словами, жестами. Двойной эффект: и фразы и мысли, разлился эхом симфонии по светлой пелене Светлого, вселенной его образов, горящих ярче обычного в момент краха. Неясного сбоя обычного, стандартного мира. " Мне...". 
"Да, тебе. Не сомневаюсь", попутным аккордом. "Но не читается. Дальше. Что - то не так? Линза?"
 — Не знаю. Вернее, знаю, что кажется не напрасно. Линза ни при чём, но... — Таюла колебалась, слегка непривычно, и излагала образ, мысль, форму как бы с тенью усилия. — Я... в общем, не нащупала. Её. Настройка сбилась, вернулась к ним. Ветру. И в свете твоих, ну, взглядов не могу не грешить на него. Ты понял.
— Как бы да. — непроизвольно буркнул он, Логьери. — Всё - таки четвёртый. И если спросишь, откуда, пожму плечами. Плюс в том, что подтверждается: хотя бы, его участие.
— И я пожму, но речь не о том, откуда он. Речь... — Таюла, Чёрная, тщательно выбирала слова, — ... о том, что я ударила по ним. По их корвету.
— Впечатляет. И... насколько сильно? Эффекты? 
— Не фатально, но дело не в этом. А эффекты... — и в голосе Дождя вдруг прорезались ядовитые нотки, — по твоей линии. Можешь быстро наметить курс? Боюсь, что сбой ударит на грани вот - вот, и если ударит астара, то... В общем, так.
— Считай, что уже наметил, — проворчал он. — И не спеши. Ты у меня девочка умная, слов нет, пока не увлекаешься. С четвёртым мне уже ясно, и твой променад к ветру, как ни странно, был кстати. Партия начинается.
"Начинается..." в новом приступе - накате молчания катилось эхо, резонанс, по этажам - уровням сознания. Скрытого за пеленой явного. Таюла смещалась медленно, плавно, вдоль и в такт линий и с ними: линий глубинного. Импульсы мозга творили пластику рук, ног, тела. Расходились дальше, путями связи с фоном, закрытым, внешнего мира. Касались их, точек выхода: к области мага, зоне астары, сфере... чего-то.
 
Продолжение — «Даль. Перелив Молний»
Перейти на страницу автора